Делопроизводство : Происхождение, основные этапы развития и современные определения термина «библиография»

Происхождение, основные этапы развития и современные определения термина «библиография»

Происхождение, основные этапы развития и современные

определения термина «библиография»

Реферат по библиографии

Москва

2000

ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение

1.   Основные сведения о термине «библиография»

1.1   Происхождение термина «библиография» и основные этапы развития термина «библиография»

1.2   Современные определения термина «библиография»

        Заключение

        Библиографический список использованной литературы

Введение

В дореволюционной России академическая позиция исчерпывающе-описательной книговедческой науки библиографии занимала доминирующее положение, но никогда не была общепризнанной. Особенно серьезное противодействие она испытывала в связи с постепенным расширением и дифференциацией общественной роли библиографической деятельности. Этому способствовало возникновение демократического (рекомендательно-педагогического) направления в библиографии, ориентированного на широкого читателя, развитие справочно-библиографического обслуживания не только в научных, но и в публичных библиотеках. Библиография неуклонно вовлекалась в сложную сферу общественной жизни, что, в частности, выразилось в появлении первых ростков социал-демократической, а затем и большевистской библиографии. Все вместе взятое вело к обострению противоречий между представителями  «чистой» науки библиографии и «общественниками», связывающими свое понимание библиографии с публицистикой, критикой, с руководством народным чтением, т. е. в конечном итоге с задачами развития » рекомендательной библиографии.

Необходимо подчеркнуть, что, возникнув задолго до Октябрьской революции, разногласия между представителями «научной» и «практической» библиографии продолжались и в первые годы Советской власти. Острота проблемы объяснялась сопротивлением, которое оказывали представители традиционно-описательной школы тенденциям, связанным с общественной необходимостью вовлечь библиографию в решение практических образовательных, воспитательных, хозяйственных и других задач социалистического строительства, с постановкой вопроса о классовом, партийном подходе к содержанию и задачам библиографической деятельности.

В интересующем нас общетеоретическом аспекте положение осложняется тем, что разграничение «научной» и «практической» библиографии приобрело в 20-е гг. разный смысл.

Во-первых, оно означало противопоставление исчерпывающей учетно-регистрационной библиографии, свободной от оценочных «субъективных» моментов и потому, якобы, базирующейся на подлинно научной основе, библиографии пропагандистской, просветительной как «практической», «прикладной» и потому ненаучной.

Во-вторых, уже тогда рассматриваемое деление содержало в себе оттенок дифференциации по целевому и читательскому назначению: библиография для специальных научно-исследовательских целей (научно-вспомогательная) и популярная, воспитательно-пропагандистская (рекомендательная).

В-третьих, деление на «научную» и «практическую» воспринималось как расщепление единой дисциплины библиографии на практическую библиографическую деятельность (собственно библиография) и науку об этой деятельности – теорию библиографии или теоретическую библиографию.

1. Общие сведения о термине «библиография»

1.1 Происхождение и этапы развития термина «библиография»

Термин «библиография» появился в Древней Греции в 5 в. до н.э. Его значение соответствовало лингвистическому смыслу его частей: biblion – книга и grapho – пишу, т.е. книгописание или переписывание книг. Первые библиографические тексты возникли в Древнем Египте и Месопотамии на рубеже 3-2 тысячелетия до н.э.

После изобретения книгопечатания слово «библиография» не употреблялось и было вновь использовано в 17 в. во Франции Л. Жакобом де Сен-Шарлем (1608 – 1670), монахом Ордена камелитов, в названии справочника «Парижская библиография» (1640-1650 гг.). Библиографами стали называть составителей «инвентарей», «описей», «реестров» книг с целью их учета как ценного имущества. С возрастанием общественной роли печати расширились функции библиографии. Термин приобрел многозначный характер. Им стали обозначать различные сферы и явления: одну из частных научных дисциплин о книге и книжном деле; библиографическую деятельность; ее продукцию – различные библиографические пособия. В практической деятельности часто в качестве синонимов термина «библиография» выступают такие термины, как «каталог», «обзор», «указатель», «библиотека» и другие; например, термин «каталог» использован в заглавии ранних библиографических списков ярмарочных каталогов в Германии, «библиотека» – в названии трудов К.Геснера и Ф. Лаббе и др. Долгое время библиография практиковалась предельно широко и отождествлялась с понятиями книговедение, библиология, библиогнозия, библиософия, библиополия и др. В таком смысле библиографию рассматривали М.Денис, Л.Кост, Ф.Лэр, Э.Г. Пеньо о др. Кост и Пеньо первыми в начале 19 в. попытались разграничить библиологию как общую науку о книге и книжном деле и библиографию как частную книговедческую дисциплину. Взгляд на библиографию как научную дисциплину, отождествляемую с широко понимаемым термином «книговедение», утвердился в Западной Европе на рубеже 18 – 19 вв., в России – в первой четверти 19 в. (В.Г. Анастасевич, В.С. Сопиков и др.). Библиография как область научно-практической деятельности трактовалась в трудах Н.М. Лисовского.

На протяжении 19 – 20 вв. продолжалась полемика по вопросу определения библиографии и ее места в системе научных дисциплин о книге. Полисемия исходного термина, не устраненная до настоящего времени, неизбежно повлекла за собой многозначность производных понятий, а неоднозначность их трактовки привела к тому, что в Российской Федерации был утвержден ныне действующий терминологический ГОСТ 7.84 «Библиографическая деятельность. Основные термины и определения», в котором понятие «библиография» вообще отсутствует. Большинство современных специалистов склоняется к определению библиографии как области научно-практической деятельности по созданию и использованию библиографической информации в целях воздействия на потребление произведений печати в обществе. Для устранения полисемии библиографии рекомендуют в других значениях использовать термины «библиографическая работа», «библиографическое пособие», «библиографическая запись» и др. Научная дисциплина, изучающая теорию, историю и методику библиографии, называется библиографоведением. В отечественной теории библиографии книговедческая концепция библиографии в наиболее завершенной форме разработана А.И. Барсуком, разграничившим понятия библиография и библиографоведение. Предложена также документографическая концепция библиографии (О.П. Коршунов и др.), оперирующая вместо понятий «книга» и «книжное дело» терминами «документ» и «система документальных документаций»[1].

1.2 Современные определения термина «библиография»

Уже в 20-х гг. в среде советских библиографов восторжествовали взгляды, согласно которым любая библиографическая работа должна базироваться на научных основах и в этом смысле «...но существу никакой грани между так называемыми научной библиографией и библиографией практической нет, библиография как описательная, так и рекомендательная должны в своих заданиях руководствоваться потребностями жизни и запросами, предъявленными к ним научной и практической деятельностью...».

Второй аспект относится к внутренней дифференциации «практической» библиографии по назначению. К нему мы вернемся в связи с проблемой видового деления библиографии.

С третьим значением дело обстоит значительно сложнее. Его следует рассмотреть подробнее. Если необходимость подведения научных основ под всякую библиографическую деятельность достаточно очевидна, то вопрос о том, откуда берутся эти научные основы, является ли библиография сама по себе научной дисциплиной, которая изучает книгу, или существует определенная область практической деятельности (библиография) и наука об этой деятельности (библиографоведение), которая и снабжает библиографическую практику научными основами, – этот вопрос дискутировался на протяжении десятилетий. В работах советских авторов по этому поводу содержится множество точек зрения, среди которых можно выделить две основные:

а) Библиография в целом признается единой вспомогательной научной дисциплиной, в которую в качестве раздела входит теория библиографии.

б) Понятие «библиография» объединяет в себе: определенную область деятельности (библиографию) и науку об этой деятельности (библиографоведение). Теория библиографии в этом случае рассматривается как часть библиографоведения. К этой точке зрения близка позиция представителей «неокниговедческого» направления, которые отличают собственно библиографию (область практической деятельности) от библиографической науки (библиографоведепие), считая первую – частью книжного дела, вторую – частью книговедения как комплексной науки о книжном деле. Точка зрения, согласно которой библиография в целом – это вспомогательная научно-практическая дисциплина, изучающая книгу в целях содействия ее использованию, получила среди советских библиографов широкое распространение. Исторически она сформировалась в первые десятилетия Советской власти как антипод дореволюционного «академического» книговедческого направления. Однако достаточно четко разграничить эти концепции очень трудно, поскольку и в том и в другом случаях библиография в целом рассматривалась как научная дисциплина, изучающая книгу. Основное различие можно усмотреть в том, что библиография стала квалифицироваться не как самостоятельная книговедческая наука, занимающая равноправное положение в ряду других наук, а как вспомогательно-прикладная дисциплина, обслуживающая нужды всех наук и областей практической деятельности. Характерный для дореволюционной книговедческой концепции акцент на самодовлеющем изучении (описании и классификации) книг все больше перемещается в сторону задач библиографического обслуживания определенных общественных потребностей, в сторону руководства чтением.

«Библиография, – писал II. Г. Марков,– это указатели и справочники, которые имеют своим объектом книги, а библиографическая наука – это теория создания, оформления и использования библиографических указателей»[2].

Много лет спустя К. Р. Симон сформулировал еще одно определение библиографии, основанное на разграничении библиографических пособий, и науки об их составлении. Вот его «двойное» определение:

«Библиография:

1.      Особый вид научной литературы, вспомогательный для любой науки и практической деятельности и имеющий особое значение, для истории культуры.

2.      Дисциплина, входящая в состав науки книговедения и посвященная разработке методов и приемов, требующихся для составления указанных перечней, списков и обзоров»[3].

Своеобразие состоит здесь в том, что, в отличие от традиционных определений, собственно библиография (библиографические пособия) более осторожно и более точно названа но наукой, а особым видом вспомогательной научной литературы. В состав книговедения у К. Р. Симона входит не вся библиография, а только библиографическая наука (дисциплина). В характеристике последней слово «теория» вообще по фигурирует. Все сводится к «методам и приемам», т. е. к конкретной библиографической методике. И это не случайно. Будучи выдающимся историком библиографии, крупным библиографом-практиком, К. Р. Симон вместе с тем, а может быть, и благодаря этому недооценивал значение общей теории библиографии или, как он говорил, теории «в узком смысле слова», выясняющей сущность, задачи, виды библиографии , и другие общие проблемы. Он считал, что интерес к такого рода проблемам был характерен для библиографов второй половины XVIII – начала XIX в. Затем эти вопросы «постепенно но столько находили окончательное разрешение, сколько снимались с очереди другими, менее общими, по более близкими к запросам библиографической практики». По мнению К. Р. Симона, к середине XIX в. общетеоретические проблемы вытесняются проблемами методическими, а в конце XIX в. начинает все больше привлекать к себе внимание история библиографии. «В конечном итого, нужно признать, что методика и история библиографии развивались и развиваются успешнее, чем теория библиографии в узком смысле слова». Исторические констатации К. Р. Симона вполне справедливы, но они не учитывают перспективы, вытекающей из закономерностей развития всякого научного знания, Возврат к общетеоретическим проблемам на новой методологической и фактической основе является неизбежным следствием предшествующих исторических ступеней развития библиографической науки. В отечественном библиографоведении симптомы нового этана достаточно отчетливо проявились уже в 20-х - начало 30-х гг. Затем этот процесс несколько замедлился. Концом периода теоретического затишья в бнблиографоведении можно считать середину 50-х гг.. С этого времени процесс становления теории библиографии как науки развивается, может быть, недостаточно быстро, но неуклонно.

Теоретические разногласия между сторонниками различных точек зрения на библиографию в целом вновь выступили наружу и стали предметом широкого обсуждения в ходе известной дискуссии конца 50 - начала 60-х гг., вызванной появлением техникумовского и вузовского учебников но общему курсу библиографии. Непосредст венным поводом для полемики в рассматриваемом направлении послужила статья II. И. Решетинского «О теории и практике библиографии». В этой статье отстаивалось следующее основное разграничение: «Библиография – практическая деятельность по информации, о произведениях печати и их пропаганде среди читателей... Наряду с библиографической практикой существует теория библиографии. Она представляет собой научную дисциплину, предметом изучения которой является практическая деятельность по информации о литературе и по пропаганде литературы среди читателей»[4].

Таким образом, библиография безусловно лишалась статуса научной дисциплины и рассматривалась как область практической (но не научной) деятельности. Теория библиографии из раздела единой науки библиографии превращалась в самостоятельную научную дисциплину, изучающую и обобщающую библиографическую практику.

И.И. Решетинского в целом поддержали. И. И. Баренбаум, Б. Л. Бухштаб, В. Ф. Васильев, В. Т. Вытяжков, В. А. Николаев а также редакция сборника «Советская библиография». Обсуждение заметно осложнилось из-за излишней прямолинейности суждений И. И. Решетинского, хотя в основе его постановка вопроса была правильной. Методологическая неточность И. И. Решетинского заключалась в том что он сознательно пытался обосновать тождество понятии «наука» и «теория» и неявно исходил из представления о несовместимости науки и практики в понятии «практическая деятельность». В результате у пего получилось, что библиографическая деятельность – это только «практика» и никакого отношения к научной деятельности  не имеет. Наукой же является только теория библиографии, изучающая практику.

Несмотря на все слабости, концепция, рассматривающая библиографию в целом как вспомогательную научную дисциплину, изучающую и форме указателей произведения печати, обнаруживает удивительную живучесть. Один из активных ее сторонников в наши дни – Д. Ю. Теплов. Он рассматривает библиографию как «вспомогательную научную дисциплину, исследующую первичные документы с точки зрения их идентификации, анализа тематики, основного фактического и теоретического материала и сравнительной оценки. Путем систематизации и обобщения этого материала библиография выявляет закономерности разлития первичного потока. Цель библиографии как прикладной дисциплины – удовлетворение (путем создания вторичных документов) различных потребностей в информации разнообразных общественных групп и отдельных читателей».

Роль теории библиографии осмысливается Д. Ю. Тепловым следующим образом: «В настоящее время общепринято, что у каждой науки существует или должна существовать своя теория – метатеория. Успешно развиваются такие дисциплины, как метаматематика, метахимия, аналогично этому вполне уместно вместо теории библиографии говорить о метабиблиографии.

Метабиблиография (как и другие метадисцпплппы) должна изучать предмет и структуру исходной дисциплины, выяснять ее логические основы, взаимосвязь с другими дисциплинами и т. д.». Д. Ю. Теплов вкладывает в понятие «метабиблиография» такой смысл, который позволяет объединить в ней две научные дисциплины, одна из которых (назовем ее условно библиографической теорией книги) непосредственно изучает книгу – предмет исходной дисциплины, формулирует выводы и закономерности этой дисциплины, другая представляет собой теорию функционирования библиографии, т. е. собственно «метабиблиографию»[5].

Научно-познавательные функции библиография Д. Ю. Теплов возлагает главным образом на библиографическую теорию книги («теорию информационных потоков»). В связи с этим и возникает основная неясность. На каких основаниях собственно библиография возводится в ранг науки, если ее предмет, ее выводы и закономерности изучает и выясняет не она сама, а ее метанаука?

Теперь необходимо остановиться на важном моменте, с учетом которого в свое время можно было бы избежать многих недоразумений и сделать дискуссию более плодотворной. Дело в том, что рассмотренные точки зрения в действительности не противостоят друг другу как несовместимые. Все они более или менее правильны, но лишь в определенных отношениях. Библиографическая деятельность в целом образует чрезвычайно сложное по своей структуре общественное явление. Ее нельзя однозначно квалифицировать как деятельность либо научную, либо практическую. Но именно так в большинстве случаев поступают сторонники рассмотренных нами точек зрения. Между том в реальной жизни научно-познавательная деятельность по отделена от трудовой общественно-практической деятельности людей. Это единство отчетливо обнаруживается и в области библиографии. Именно оно затрудняет общую однозначную квалификацию библиографии (наука или не наука!) и служит источником, питающим представление о библиография в целом как о научной дисциплине. На основании какого же критерия можно отличить научно-познавательную деятельность от практической? Решающую роль в этом аспекте играют различия в результатах деятельности. Результат научно-познавательной библиографической деятельности – научное знание, которое (как и всякое научное знание) существует только в форме высказываний, фиксирующих определенные научные положения, доказательства, выводы и т. д. Результат практической библиографической деятельности – библиографические материалы (пособия), предназначенные для читателя. Поэтому наукой в строгом смысле является библиографоведение. Собственно библиографию правильнее квалифицировать как практическую деятельность. Однако различие это весьма условно, поскольку в силу отмеченной выше неотделимости научно-познавательной деятельности от практической составление библиографического пособия может нести в себе элементы научно-исследовательского характера и эти элементы (иногда в скрытом виде) запечатлеваются в библиографическом пособии.

Таким образом в действительности процесс составления библиографических пособий будучи частью практической библиографической деятельности вместе с том содержит в себе несомненные компоненты исследовательского труда и в этих своих аспектах (и только в них!) библиография сама по себе может рассматриваться как деятельность научная. В таком именно смысле рассматривают библиографию, например Г. М. Марковская и Д. Ю. Теплов, но неточность и