Английский язык : Реферат: Тоталитаризм в полный рост - германский национал-социализм

Реферат: Тоталитаризм в полный рост - германский национал-социализм

По материалам лекций по истории западной цивилизации XX века Б. М. Меерсона и  Д. В. Прокудина

1. Те, кого обычно было принято называть фашистами, себя таковыми не считали и, более того, полагали настоящих итальянских - фашистов гораздо ниже себя как в вопросах идеологических, так и в практике тоталитарного движения. Действительно, германские нацисты, а точнее - национал-социалисты, представили более совершенную, чистую, приближенную к идеалу модель тоталитарного общества некоммунистического типа.

Именно в сравнении советского и нацистского государств, на первый взгляд разных и даже враждебных, и появилась в западной политологии мысль об общих их корнях и сути, мысль о тоталитаризме как о совершенно особой, небывалой ранее форме организации общества, где последнее полностью и во всех сферах своей жизни (тотально) подчинено государству, им контролируется, мобилизуется и используется.

Эта тоталитарная идея, вызвавшая множество споров, долгое время не была оформлена вполне. Очевидная схожесть советской и нацистской моделей не позволяли еще сделать вывода об особенностях и исторической уникальности тоталитаризма. Ученые пытались сформулировать как можно больше признаков этого ужасающего общества, так появлялись многочисленные "тоталитарные синдромы": Боркенау, Фридриха и Бжезинского, Ханны Арендт и т.д. Но синдромного определения (выявления внешних признаков - террор, однопартийность, идеологизированность общества, диктаторская форма правления, культ личности вождя и т.д.) было явно недостаточно; любое явление требует и определения генетического (причины, условия, закономерность появления).

Синдромное определение не позволяло выявить уникальность тоталитаризма в истории. Множество аналогий (Третья династия Ура, иезуитское государство в Парагвае, циньский Китай и другие примеры) на первый взгляд опровергали мысль о тоталитаризме как явлении исключительно XX века.

Наконец, точному и глубокому анализу тоталитаризма мешала эмоциональная нагруженность этого понятия. Идеологические необходимости "Холодной войны", актуальность памяти о нацистских газовых камерах и советских лагерях, существование в СССР режима - наследника сталинского тоталитаризма - все это подчиняло теорию идеологии и погружало исследователя непосредственно в изучаемую проблему, лишая его тем самым строгой научной беспристрастности и бесстрастности, взгляда со стороны.

Тем не менее, эти исследования позволили в более или менее общем виде сформулировать основные составляющие феномена тоталитаризма.

Так или иначе было ясно, что тоталитаризм - это не просто террористическая диктатура, что для его появления было недостаточно условий простой политической нестабильности, и что личность диктатора и характер его партии важны лишь постольку, поскольку проявили себя в благоприятных исторических условиях. Если авторы этих лекций в припадке безумия вдруг объявят себя вождями всего прогрессивного человечества, это в условиях современных вряд ли заставит читателей им поверить.

Советский коммунизм, германский нацизм и, наконец, итальянский фашизм роднит прежде всего то, что появились эти движения в условиях массового общества, апеллировали к массовой ментальности и пришли к власти, опираясь на массовый энтузиазм. Это и составляет костяк генетического определения тоталитаризма, а схожесть синдромных факторов естественным образом из него вытекает.

В этой лекции, посвященной германскому национал-социализму, авторы предполагают показать, что нацизм не был случайным и уникальным явлением мировой истории, а вполне укладывается в процесс естественного саморазвития массового общества, завершившийся тоталитаризмом в Германии так же, как в России и Италии.

2. Мы уже успели увидеть нестабильность послевоенной Германии. Веймарская республика, расшатываемая крайне правыми и крайне левыми политическими силами, подверженная серьезнейшим экономическим кризисам, униженная Версальским договором, острее других стран Запада переживала болезненное состояние массового общества. Коротко говоря, связано это было не только с поражением в войне, но и с более глубокими причинами. Процесс массовизации в начале века был обострен тем, что начался в стране, где промышленная революция (второй этап модернизации) едва успел завершиться и без паузы, необходимой для привыкания к новым условиям, перетек в третий этап: электрическая революция ускорила рост промышленности, но социальные ее последствия носили взрывной характер, и, сметая только что начавшие устанавливаться структуры классического индустриального общества, резко дестабилизировали положение. Война лишь довела этот процесс до логического завершения. Население, в одночасье лишенное привычных условий социальной жизни, к тому же измученное войной и ее последствиями, было весьма неспокойно и охотно поддерживало экстремистов, как то и свойственно массе в активном ее состоянии.

Некоторое, и весьма продолжительное, время масса колебалась между крайне левыми и крайне правыми, что и позволяло веймарскому центру оставаться на плаву. Но это нестабильное положение качелей должно было закончиться, масса должна была выбрать одного вождя. Его предоставили массе правые силы, одержавшие в конце концов верх. Но мало кто мог предполагать, что вождем этим станет человек, про которого говорили, что он "похож на собственную карикатуру", на первый взгляд вполне ничтожный на фоне Ленина или даже Муссолини.

Адольф Шикльгрубер, более известный как Великий Фюрер Адольф Гитлер, вполне соответствует этому определению. Не окончивший двух реальных училищ непризнанный художественный гений, отправившийся завоевывать изысканную Вену и вместо этого оказавшийся в ночлежке, наслушавшийся речей местных антисемитов и под их влиянием пошедший воевать с мировым еврейством в германскую (а не в многонациональную австро-венгерскую) армию и дослужившийся там аж до чина ефрейтора, после капитуляции Германии, озлобленный и обиженный революцией и поражением, по его собюственным словам, "решил стать политиком".

В начале карьеры никто не воспринимал этого истеричного неумного, некрасивого и довольно смешного "политика" всерьез. Только командование баварского округа Рейхсвера, напуганное размахом коммунистического движения и заинтересованное в платных агентах, через сотрудника штаба округа Эрнста Рема завербовало в числе других стукачей и отставного ефрейтора. Ему дали возможность ораторствовать на собраниях правых организаций, и вскоре он заявил о себе как о самостоятельной фигуре, вступив, а потом - возглавив небольшую баварскую организацию, называвшую себя Немецкой рабочей партией, а затем - Немецкой национал-социалистической рабочей партией (NSDAP). Вскоре, партия обзавелась и собственной газетой, германским аналогом советского "коллективного пропагандиста, агитатора и организатора" - "Фелькишер Беобахтер" - "Народный вестник".

С самого начало NSDAP была "партией нового типа", то есть не политической партией в обычном понимании. Она не была ориентирована на парламентскую деятельноть, впрочем, когда представилась возможность попасть в Рейхстаг, партия ее использовала. Партия была весьма строго централизована, фюрер был совершенно непререкаемым авторитетом, фюреры помельче - тоже, в пределах своей компетенции, член партии обязан был во всем без исключения абсолютно повиноваться своему руководству. Руководство это вникало во все, вплоть до интимных, стороны жизни членов партии. Партия обладала военизированными отрядами, то есть была нацелена на террористическую деятельность; совмещение парламентских дебатов и террора делало политику NSDAP игрой без правил, непредсказуемой для нормальных политиков.

Но главное, что делает "партию нового типа" таковой это апелляция к массовой ментальности, расчитанность всех действий на реакцию массы. Более, чем даже большевикам, эта политика удалась нацистам. Сложные теоретические выкладки, несколько утяжелявшие коммунистическую пропаганду, были отброшены и заменены простой и весьма доступной идеологией, преподанной в красочной и героической театральной форме. В традиционных местах общественной жизни Мюнхена - в пивных ресторанах, посетители становились свидетелями несколько аляповатых и безвкусных, но громких и красочных представлений, которые разыгрывали нацисты. Каждый митинг, каждое выступление оратора-нациста, сопровождались сложными и эффектными ритуалами, героическими песнопениями, факельными шествиями. Нацистская символика (свастика прежде всего), помещенная на афиши, картонные тарелки, обертки конфет; нацистское приветствие римским вздыманием руки, нацистские титулы, казались обывателю если не вполне понятными, то, во всяком случае, весьма эффектными, яркими, взятыми из туманного, но очевидно героического прошлого, олицетворяющими силу корней, от которых питаются национал-социалисты. А эстетика лакированного сапога, коричневые рубашки, военная выправка боевиков свидетельствовала о том, что питание это пошло впрок.

Содержание, скрывающееся за этой театрализованной формой, не было нагружено сложными концепциями. Речи ораторов, имевшие целью не столько убедить, сколько ошеломить слушателя, были рассчитаны именно на толпу и соответствующим образом выстроены. Они были истеричны, большей частью обличающие (евреев, коммунистов, капиталистов, демократов), адресованные к инстинктам толпы, а не к разуму ("В толпе инстинкт превыше всего, из него выходит вера." Гитлер).

3. Идеология партии заключалась в нескольких весьма простых положениях. Главной в ней была расовая теория (обратим внимание, для тоталитарной идеологии весьма важна позиция объединения против общего врага, "мы против..."; враждебны могут быть окружающие государства (Италия), экономический класс (Россия) или низшие расы, как у нацистов). Весьма слабо знакомые с древней историей нацистские идеологи определили немцев как потомков ариев (древнего населения Ирана и Индии), уже в древности воевавших с семитами, и объявили себя поэтому единственной чистой (арии - "чистые"), а, следовательно, высшей расой, единственными достойными носителями цивилизации и культуры. Все прочие нации были выстроены в иерархической последовательности, нижнюю ступень в которой занимали евреи и цыгане (кстати, далекие потомки настоящих ариев), не имевшие права на существование. Вся мировая история виделась таким образом как борьба рас (у коммунистов - классов), в которой временную победу к XX веку одержали составившие мировой заговор семиты.

Но с появлением NSDAP наступил перелом в этой борьбе. Нацисты оказались призваны покончить с мировым еврейством и его изобретениями (парламентаризмом, демократией, коммунизмом, проституцией, безработицей, финансовым капиталом, Версальской системой и т.д.), и уж конечно, покончить с помощью грубой силы, которой и движется в вечной расовой борьбе колесо истории ("Насилие - повивальная бабка старого общества, когда оно беременно новым". Маркс).

Первой целью этой борьбы является завоевание жизненного пространства для немцев-арийцев за счет неполноценных народов. Это - первый шаг к установлению мирового господства избранной расы и полного уничтожения рас враждебных и неполноценных.

Конечно, чтобы борьба арийцев за жизненное пространство шла успешно, им необходим вождь. Им должен быть Сверхчеловек, обладающей прежде всего ницшеанской "волей к власти" (Гитлер был весьма увлечен книгами Ницше, мало, впрочем, в них разобравшись) и способностью подчинить массу. Этот вождь, фюрер, прав в любых вопросах, а потому должен обладать непререкаемой властью надо всем.

Таким образом, идеология NSDAP строилась вокруг: антисемитизма в любых его проявлениях, антикоммунизма (коммунизм последнее изобретение евреев, теряющих шанс на мировое господство), антикапитализма (партия-то национал-СОЦИАЛИСТИЧЕСКАЯ; мировой финансовый капитал объявлялся исключительно еврейским; ростовщичество, крупные концерны, большие универсальные магазины созданы были лишь для экономического угнетения немцев) и антидемократизма (демократия - порождение плутократии, богатой еврейской элиты).

Перед нами таким образом, еще один пример типично тоталитарной массовой идеологии, не столь сложной, как коммунистическая, но вполне способной увлечь массу. Все важнейшие качества подобного рода идеологий здесь налицо: наличие сильного и опасного, хотя вполне абстрактного, врага, необходимость сплочения для борьбы с ним, вождество в этой борьбе носителя идеологии, и обязательная мировая (не меньше!) мессианская цель.

4. За речами последовали действия. Ориентированная в том числе на террористическую деятельность, NSDAP практически сразу обзавелась боевиками, SA - штурмовыми отрядами, в функции которых входила охрана руководства партии, террор (избиения) оппонентов, обструкция по отношению к ораторам других партий. Гитлер говорил: "NSDAP не клуб для дебатов, а боевая когорта" (что перекликается со сталинским определением ВКП(б) как "ордена меченосцев").

Возможность применить SA в серьезном деле партия получила уже в ноябре 1923 года. 11 января 1923 года стотысячный франко-бельгийский контингент оккупировал Рурскую область, вызвав катастрофический кризис германской экономики (см. лекцию 6). Социально-политическим кризисом, связанным с этой оккупацией и воспользовались нацисты. Пока основное внимание правительства было приковано к северу Германии, где активизировались коммунисты, на юге, в столице Баварии Мюнхене руководство NSDAP решило повторить организованный годом раньше Муссолини "поход на Рим".

8 ноября в крупнейший пивной ресторан "Бюргербройкеллер", где выступал министр-президент Баварии Густав фон Кар, ворвались нацисты. Ресторан был окружен отрядами SA; Гитлер в окружении других фюреров, выстрелив для устрашения в потолок, провозгласил "национальную революцию" начавшейся. Так начался знаменитый "Пивной путч", первое заявление нацистов на власть.

Путч был поддержан частью населения, к нацистам примкнул весьма авторитетный герой войны генерал Эрих Людендорф, путчисты обладали вооруженной силой - отрядами SA. Но несмотря на все это, путч был подавлен. Массовое общесто еще не достигло точки кипения, и харизма Гитлера и NSDAP была еще недостаточна. Уже на следующий день слаженные действия полиции и рейхсвера обеспечили после небольшой перестрелки полное подавление путча и арест его лидеров. Гитлер, Гесс, Геринг, Рем и другие нацистские фюреры были приговорены к разным срокам тюрьмы.

Впрочем, тюремное заключение пошло Гитлеру на пользу. Мало того, что он получил ореол мученика за святое дело национальной революции, именно в тюрьме он написал главное свое программное произведение - "Mein Kampf" - "Моя борьба". Это довольно скучное автобиографическое произведение касается всех мыслимых тем: расовой борьбы, политики, экономики, истории, искусства, образования, церкви и религии, любви и венерических болезней и т.п. Главная мысль этого опуса заключается в том, что Германия должна подняться из пучин Версаля, создать сильное и здоровое иерархическое государство, расшириться, завоевав жизненное пространство, после чего арийцы смогут наслаждаться плодами культуры и цивилизации, единственными носителями которых они являются, в то время, как другие народы будут на правах слуг заботиться об их, арийцев, благосостоянии. Ни одно из теоретических построений труда не удостоилось внятного доказательства, единственный аргумент - авторитет харизматического лидера, фюрера ("Национал-социализм не может быть доказан и не нуждается в доказательствах. Он обосновывает сам себя своей деятельностью, обеспечивающей жизнь общества". Гитлер. Ср.: "Учение Маркса всесильно, потому что оно верно").

Гитлеру со товарищи дали по 5 лет, но освободили уже через 13 месяцев.

По выходе из тюрьмы Гитлер застал NSDAP в состоянии весьма плачевном. Деморализация нацистов из-за поражения "Пивного путча" и ареста лидеров привела к угрозе реального раскола партии. Группы Юлиуса Штрейхера, Грегора Штрассера и Эрнста Рема стали практически независимыми, и NSDAP таким образом оказалась на грани распада или во всяком случае утери статуса "партии нового типа". Огромного труда стоило Гитлеру вновь объединить партию - угрозами и договорами. Особенно сложными были переговоры с Ремом и Штрассером, последнего Гитлер долгое время был вынужден считать вторым человеком в NSDAP и своим личным другом. Кстати, именно от группы Штрассера, сильной на севере Германии, Гитлер позаимствовал новые черты политики NSDAP: Партия начинает играть в парламентские игры (Гитлер говорил, что нужно "переговорить" веймарцев пока нельзя их "перестрелять"). Еще одно новшество в партии - это активный поиск мощной финансовой базы; антикапиталистические лозунги были несколько умерены (речь отныне шла только о еврейском, а не о здоровом арийском капитале), и после ряда выступлений перед промышленниками и банкирами NSDAP получает постоянную финансовую помощь от предпринимателей, сильно озабоченных коммунистической опасностью и рассчитывающих использовать Гитлера против нее.

К 1927 году положение в партии было нормализовано, и она окончательно приобрела все черты "партии нового типа": строгая централизация и фюрерство, железная дисциплина, подчинение всех сторон жизни членов партии ее интересам, политическая игра по собственным правилам, массовые лозунги и апелляция к массовой ментальности. Германия была поделена на партийные округа - гау -, не считая 4 гау за границей (Саар, Австрия, чешские Судеты и Данциг (Гданьск), то есть те области, против которых и совершатся в будущем первые акты агрессии нацистской Германии. Важно и то, что NSDAP заранее позаботилась о "приводных ремнях", с помощью которых она после прихода к власти будет удерживать массу в состоянии массы и в постоянной привязке к государству, политизируя ее. Такими "приводными ремнями" стали околопартийные организации типа молодежной "Гитлерюгенд" - "Гитлеровская молодежь"

В то же время окончательно оформилась элита партии. Кроме двоих, в ком Гитлер имел повод сомневаться (Грегор Штрассер и командующий SA Эрнст Рем) элиту эту составляли люди, абсолютно преданные фюреру: Генрих Гиммлер (командир созданных в 1925 году элитных в составе SA вооруженных формирований - SS, охранных отрядов), Герман Геринг (один из ближайших к фюреру друзей), Рудольф Гесс (специалист по партийному строительству), Роберт Лей (занимающийся в основном рабочим движением), Йозеф Геббельс (главный пропагандист и агитатор), Альфред Розенберг (идеолог партии) и другие.

5. Событием, которое сильнейшим образом помогло Гитлеру, стала Великая Депрессия. О силе ее и о ее влиянии на экономику в частности Германии мы уже писали. Производство было отброшено на довоенный уровень, мелкие и средние предприятия стремительно разорялись, безработица достигла невиданного размаха. Правительства Веймарской республики (все более и более правые) не видели возможности преодолеть кризис. А Гитлер видел, и громогласно о своем видении заявлял.

Резкое падение уровня жизни не могло не вести к активизации массовой ментальности, масса переходила в активное свое состояние. И более чем кстати пришлись те лозунги, с которыми обращалась к ней NSDAP. Такие лозунги должны были быть яркими, сенсационными, популистскими, обещающими немедленный рай на земле, указывающими на врага и, конечно, мессианскими. Гитлер обещал: немедленно ликвидировать безработицу, повысить заработную плату, прекратить продажу за долги крестьянских земель, снизить цены на сырье, уничтожить "процентное рабство", закрыть большие (еврейские - вот он, враг) магазины, разоряющие мелких торговцев. Более того, обещал восстановление Германии как великой державы, разрыв Версальского договора, завоевание жизненного пространства для немцев. Наконец, он обещал мужчину каждой женщине, стоит только нацистам взять власть. Не нужно считать эти лозунги пустой болтовней. Гитлер бил в точно рассчитанное место, надеясь ( и верно надеясь) на поддержку массы. Многие из этих обещаний, как ни странно, придя к власти, нацисты выполнили (вплоть до последнего).

Общество, массовизированное и взбудораженное, постепенно ( не сразу, в 1932 году Гитлер не был избран президентом) начинало склоняться к NSDAP. С каждым годом все больше мест в Рейхстаге занимали нацисты ("Мы идем в Рейхстаг, чтобы в арсенале демократии вооружиться ее собственным оружием. Мы становимся депутатами, чтобы парализовать веймарский дух с его же помощью... Мы приходим как враги. Мы приходим так, как волк врывается в овечье стадо." Геббельс").

После целого ряда массовых акций, организованных NSDAP, после ряда петиций, подписанных надеющимися на Гитлера предпринимателями и политиками (вплоть до бывшего кронпринца) случилось то, что должно было случиться.

30 ЯНВАРЯ 1933 ГОДА президент Германской республики Пауль фон Гинденбург назначил Адольфа Гитлера рейхсканцлером (премьер-министром). С этого начался двенадцатилетний кошмар, ввергший Германию в приближенный к идеальному тот